К вопросу об этимологических исследованиях названий районных центров при изготовлении официальной символики муниципальных образований
Курганской области
                                                                      А. А. Свинкин
                                                Статья напечатана в краеведческом
сборнике «Зыряновские чтения - 2010»
   Сподвигнуть к написанию настоящей статьи меня побудила несколько вольная интерпретация перевода тюркских названий некоторых райцентров, используемых при изготовлении официальной символики муниципальных образований нашей области. Казалось бы, местные депутаты в праве утверждать любой приглянувшийся им вариант муниципального герба, но, отправляя его затем в Санкт-Петербург для регистрации, хотелось, чтобы они помнили, что их герб становится послом Курганской области, и по его описательной части судится уровень развития в нашей области не только такой науки, как геральдика, но и ономастика.
   Являясь автором утверждённого в 2007 году герба и флага города Куртамыш, мне невольно приходиться сравнивать эти символы с официальными символами других муниципальных образований, принятых в последние годы, отмечая для себя их сильные и слабые стороны. Хотелось бы, чтобы высказанное в этой статье рассматривалось как конструктивная помощь для герольдов и депутатов нашего региона.
Начну с утверждённого в 2008 году герба Каргапольского района. В официальном документе (блазон) Каргапольского района записано следующее: «…Вороны [изображённые на гербе] указывают на название района. По одной из версий Каргополь означает «воронье поле». Авторскому коллективу из города Москва, подвязавшемуся изготовить этот гласный герб, по-видимому, не оплачивалась работа  по этимологическому исследованию значения названия этого района, и они внесли в блазон предложенную им интерпретацию, связавшую воедино общетюркское слово «карга» - «ворон» с общеславянским словом «поле». На мой взгляд, разработчиков этого герба, как людей сведущих и отвечающих за качество работы, должен был бы сразу насторожить этот вариант народной этимологии, т.к. он вступает в противоречие с законами словообразования топонимов, поскольку нельзя соединять слово по частям, исходя из материала разносистемных языков. Да, и «воронье поле» по-татарски значится как каргалар кыры, но не как не каргополь.
   Им, все же считаю, необходимо было первоначально выяснить, чем же запали в душу местным жителям эти умные птицы, что они даже в их честь назвали эту местность. Может быть, здесь этих птиц было значительно больше чем где-либо? Например, из-за особой технологии применяемой при весенней вспашке земли или из-за более богатых в прошлом свалок бытовых отходов на каргапольских полях. Жаль, что этимологией словосочетания «карга пол» при изготовлении этого герба никто не занимался. На поверхности лежало древнетюркское слово «карга» со значением птиц семейства вороновых (ворон, ворона, галка, грач, а в некоторых тюркских языках сорока) - его и применили.
   Чтобы разобраться со значением древнетюркского словосочетания «карга пол», необходимо начать с местной географии. Городское поселение Каргаполье находиться на берегу реки Миасс, в том месте, где береговой микрорельеф нивелирует ширину поймы с шириной русла, чем и пользовались в качестве мест для переправ с незапамятных времён все путешествующие. Для зауральских разливных рек это явление довольно редкое, ближайший аналог «естественного коридора» через реку Миасс - место расположения старинного села Окунёвское (др. тюрк. «акун» - «протока» от глагола «ак» - «протекать»).
   Слово «кар-» в словосочетании «карга пол» первоначально имело значение «предплечье» в среднеазиатском ареале, затем вошло в иранскую по происхождению систему мер, став эквивалентом с тюркским названием «аршин», базовое антропонимическое значение которого - «длина предплечья» (1,198). Тюркский аршин составляет около 60 см. «-Га» является аффиксом приблизительности в тюркских числительных (2.197). Второе слово «пол» - результат оглушенности общетюркского глагола состояния «бол» - «иметь место, бывать, случиться», что характерно для начальных звуков в словах западносибирского татарского диалекта (2, 436). Для примера можно вспомнить исследованное мной древнетюркское название реки «То бол» - «переполненная бывает», т.е. временами разливающаяся река (3,135), или взять название курганского городского микрорайона «Тополя», получившего своё название не от сорных деревьев, а от временами разливающейся в пойме реки Тобол старицы с названием «То пол» с ударением на последнем слове (ныне это оз.Тобольное). Полный же перевод-характеристика сложившегося в веках названия каргапольской переправы, как всегда кратко, но ёмко в тюркских языках выражено во фразе - [глубина] «около аршина бывает».
   Подобная глубинная характеристика давалась не только переправам, но и часто водоёмам. Река Кочердык, приток реки Уй, переводиться как [вода] «оси телеги касается», где «кочер» - «ось телеги», а «дык» - «касаться» (7,125 10,174). Этимология многочисленных зауральских малых речек и ручьёв Чёрная, Чернявая, Чернавка и т.п. выражается в значении [глубина] «равна малой пяди» (малая пядь равна расстоянию между слегка раздвинутыми указательным пальцем и мизинцем), где «сере» (на диалекте западносибирских татар «чере») - «малая пядь», а «нак» - определительно-уточняющая логико-смысловая частица (6,260,102).
Оппоненты этому значению названия Каргапольской района непременно выскажут несогласие, связав своё утверждение с местной легендой о том, что поселение Каргаполье было основано выходцами из города Каргополь Олонецкой губернии (Архангельская обл.). Действительно, явление транстопонимизации (т.е. перенесение старого названия на новое место) иногда существовало. Но, хотелось бы оппонентам задать вопрос:  «А может быть это зауральское поселение было основано выходцами из села Каргополь Алькеевского р-на Татарстана или села Каргаполово Сузунского р-на Новосибирской обл?» Если серьёзно, то в одной из первых своих работ я подробно описывал схему, которой придерживались русские первопроходцы при наименовании новых поселений в Зауралье, главным пунктом которой было - «удобство произношения и запоминания», и не только первопроходцам, но и аборигенному населению.  Для чего шли в ход ближайшие топонимы с тюркскими названиями или угорскими, чаще гидронимы, как более долговечные. Реже использовались названия общеизвестных тогда ориентиров, в частности, названия речных переправ, дошедшие до нас через названия современных поселений, таких, как Бакалда у г.Шадринска, Солобоево у с.Исетское, древнетюркского поселения Чимги-Тура - через реку Тура, значение которых на русский язык я дал в предыдущей работе (4,89). Название же архангельского города Каргополь согласно энциклопедии «Города России» связывается с финским языком - каргун пуоли - «медвежья сторона». Финское происхождение названия этого северного города представляется гораздо более правдоподобным, чем смесь тюркско-славянского, тем более что древние тюрки там никогда не жили. Могу с полной уверенностью заверить оппонентов, что тюркское название-характеристика переправы -  «карга пол» была принесена в Зауралье не с далёкого архангельского Севера, а из далёкой Сибири тюрками, современниками начертания орхонских и таласских поминальных надписей.
   Заказчики официальных символов другого муниципального образования - города Шумихи - в отличие от каргапольцев воспользовались не легендой, а «утверждением старожилов». В «Исторической справке» на официальном сайте Шумихинского района, записано: «…Своё название станция получила, как утверждают старожилы, от камыша, шумевшего на здешних болотах, особенно осенью» (5). Тут не захочешь, да спросишь: «А на не «здешних» болотах камыш осенью разве не шумит?» Другой шумихинский сайт, выставивший на обозрение выдержку из учебного пособия по историческому краеведению  «Шумихинский район в прошлом и настоящем» уточняет «…Одной из причин названия города Шумихи явилось озеро Шумиха, по берегам которого обильно рос камыш». Радует, что шумихинским детям учителя стремятся дать правильное представление о топонимике.
   Но, к сожалению, узнать значение тюркского названия озера Шумиха шумихинцы так и не смогли, и в 2005 году екатеринбургский герольд перенёс им со старого герба на новый герб всё те же осенние шумливые камышинки.
   Прежде чем дать семантику названия этого озера, необходимо отметить, что живший здесь в прошлом западносибирские татары в отличие от современных жителей избыточной лирикой не страдали - при названии водоёмов они не прислушивались «шумит или не шумит осенний камыш», а кратко, но ёмко подчёркивали его основную географическую характеристику, увязывая её часто с возможностью использования этого водоёма человеком. Характеристика от основы «шум-» ими давалась мелководным заболоченным водоёмам довольно часто, так подобные название можно найти в Кетовском, Шатровском, Шадринском и Каргапольском районах нашей области, в Тюменской и в Свердловской областях,  в Пермском крае, в республике Татарстан и конечно на Алтае - прародине тюрков (река Шумишка).
   Корень этого слова - «шу» трансформировался из тюркской праосновы «су» - «вода» и переводится, как глагол «цедить, ловить рыбу бреднем» (6,368). В русский язык это слово пришло в название, обозначающее незаметную, но незаменимую кухонную посуду шумовку, которой и сварившееся мясо можно из супа достать, да и пельмени при необходимости выловить. Семантика глагола «ловить бреднем» говорит о небольшой глубине подобных водоёмов, медленном течении или отсутствием такового.  Аффикс «миш/мыш» маркирует причастную форму прошедшего времени и выражает действие. «Шумиш» является застывшей формой, характерной для определённой категории географических водных объектов и переводится как [водоём] «рыболовный бреднем».
   Особняком находится ситуация с гербом Куртамышского района, где разработчики знали истинное значение тюркского название реки Куртамыш - «извилистая» [река], но в попытке реанимировать версию восьмидесятых годов прошлого века «Куртамыш - пчелиное место», написали в блазоне «…Цветок, олицетворяющий пчелиные соты, подчёркивает значение слова «Куртамыш» - в переводе с тюркского - «пчелиное место».  Хотелось бы напомнить авторам герба, во-первых, название этого районного центра, расположенного на реке, заимствовано от этой реки, поскольку ареальную типологию названий поселений в зауральской топонимике ещё никто не отменял и, во-вторых, топооснова названия реки Куртамыш - курт -  во всех тюркских языках переводится только, как «червь» (А и МЫШ словообразующие аффиксы), все же остальные названия мелких гадов и насекомых со словом курт сформировались в словосочетаниях, например, кара курт (паук), куба курт (мокрица), курт хавы (раковина улитки), умарта курты (пчела), ала курт (овечья блоха), кыл курт (глист) и т.д. Если древние тюрки захотели бы назвать эту реку «пчелиное место», то назвали бы её Умарта куртылаг.
   Ареальная типология названий поселений от водоёмов в зауральской топонимике налицо - большинство районных центров, находящихся в непосредственной близости от водоёмов, несут в своём названии некий свернутый древнетюркский текст, обозначающий характеристику этих водоёмов. От озёр несут свои названия  такие райцентры, как Сафакулево, Варгаши, Петухово, Шумиха, Щучье, Мишкино, Макушино, Половинное, Альменево и Лебяжье (русские выступали по отношению к озерам, на берегах которых селились, в роли заимщиков, владеющих данным угодьем по праву первопользователя, что и находило отражение в идентичности названий селений и озер). От рек  несут свои названия райцентры Куртамыш, Юргамыш и Катайск. Значение названий рек Куртамыш и Юргамыш я давал ранее (3,135), город Катайск же получил своё название от небольшой речки Катайка, имеющей два истока: один исток - Катайка течёт из болот, а другой - Ключи - из родников (чистая вода). Эта природная особенность и была отражена древними тюрками в её названии «примешанная» [река], где «кат» глагол «примешивать», «-ай» показатель прилагательного, а «-ка» изменённое под русское окончание древнетюркское слово йылга - река (7,336). Природная и этимологическая аналогия прослеживается с рекой Катав в Челябинской области, где один исток - р. Большой Катав -  течёт из болот, а р. Малый Катав -  с гор (чистая вода).
   Да и название станицы Звериноголовской, овеянное тайнами и легендами, тоже  подпадает под выше обозначенную типологию. Пусть простят меня любители геральдики, но я не могу при таком удобном случае не отвлечься и не дать семантику названия этого соседнего районного центра, пользуясь методом реконструкции предшествующего языкового состояния. Известно, что среди географических названий любой территории названия водных объектов наиболее устойчивы, менее всего подвергаются сознательным, целенаправленным изменениям или переименованиям. Со сменой населения названия водных объектов ассимилируются новыми насельниками, искажается их звучание, приспосабливаясь к произносимым нормам пришельцев (процесс калькирования), непонятные названия нередко переосмысляются («калечатся»), но очень редко старые названия водных объектов и сопутствующих им пойменных урочищ заменяются совершенно новыми. Станица Звериноголовская находиться на берегу реки Тобол и названа от урочища «Звериная голова». Урочище - это замкнутая территория, отличающаяся от окружающей местности какими-либо естественными признаками, т.е. урочище далеко не всегда лес. Подобных безлесных, аквальных природных комплексов-урочищ в пойме реки Тобол, в том числе и на границе Курганской области с государством Казахстан находится предостаточно, к примеру,  на казахстанской территории - Узын-коль, Шукыр-коль и т.п., на территории нашей области - урочища с субстратной топоосновой и русскими словообразовательными аффиксами: Бешле-евк-а, Шелоум-ов-а, Беле-еньк-ое и т.п. Вот и интересующее нас пойменное притобольное урочище, будь оно сейчас в Казахстане, значилось бы, как «Сувйарин-коль». Но эта территория исторически оказалась заселённой преимущественно русскоязычным населением, и первые русские колонисты, услышав название этого урочища как «звярингол», переработали его к своим привычным нормам произношения -  под калеку-перевод «Звериная голова», т.е. морфологически адаптировали это нерусское название. Переработке поспособствовало то, что звук У в названии этого урочища, как и почти все одинарные гласные звуки в древнетюркском языке, слабо слышен ввиду кратности произношения, а отдаляясь  от ударения (ударение в тюркском падает на последний слог) этот звук становится настолько кратким, что часто исчезает при произношении, хотя сохраняется на письме по морфологическому принципу орфографии. Парные звуки С/З и К/Г являют собой неразличие звуков в древнетюркском языке. Уже при беглом взгляде на это древнетюркское название видно, что «сув» и «коль» указывают на гидрологию, а «йар» (слышится, как яр/ер) указывает на овраг (аналогия прослеживается в тюркских названиях малых притоков зауральских рек СуЕРь, ЕРунь, ЕРзовка, УРтяк [ныне Утяк - «ров в горном лесу»] и т.п.). «Сув (в нашем случае видоизменённое «зв») - «сырой» (6,349). «Йар» - «овраг» (9,17). «Ин» - «спускаться» (8,353).  Номенклатурное тюркское слово «коль/голь», в переводе «речная долина», первые русские колонисты изменили под логично вытекающее в этой ситуации слово «голова», что и сложилось в современное название этого урочища, как «Звериная голова». Полное др. тюрк. значение-перевод этого урочища - сырой овраг спускается в речную долину [Тобола]. Название этого урочища стало публичным в Зауралье после того, как в 1743 г. в Шадринске состоялась встреча оренбурского губернатора Неплюева и сибирского губернатора Сухарева, где они обсудили вопрос о модернизации  Ишимской линии и строительстве новых укреплений. Было решено обследовать район между реками Тоболом и Иртышом и составить проект новой оборонительной линии. Он предусматривал спрямить линию и вести ее вдоль цепи камышловских горько-соленых  озер  от урочища Звериная голова  до Омской крепости. Лучшего места для обустройства самой юго-восточной на то время зауральской крепости - Звериноголовской - найти было невозможно, т.к. она бы располагалась на высоком правом берегу Тобола и была бы защищена естественным препятствием не только с запада (река Тобол), но и самое главное, с юга - глубоким, широким оврагом, тянувшимся на несколько километров. Название этого стратегического оврага-урочища с бегущим по дну заболоченным ручейком русские и перефразировали под урочище «Звериная голова».
   Не только реки и озёра сказались на зауральской поселенческой топонимике, не мог на ней не сказаться и «курьевой» характер широкого, разливного весеннего водотока, повторяющего сложнейший рисунок русловых меандр плиоценчетвертичных прадолин. От названия курьи Глядяна пошло название  райцентра Глядянское. Шадринские исследователи в последнее время тоже отказались от первоначальной версии о «рябом заимщике» и теперь связывают происхождение названия своего города от протоки (курьи) реки Исеть с названием Шадриха. (В следующей моей новой статье найдётся несколько страниц для описания значения и метаморфозы древнетюркских слов сайра (шадра) и голядян).
   В этой же статье в качестве «курьевого» примера покажу заимствование названия от курьи «Курганской» близлежащими поселениями - деревней Курганской и Курганской слободой (Царёво Городище). Наличие курьи Курганской (др.тюрк. значение - пересыхающая)  было отмечено ещё Ремезовым С.У карте-схеме № 24 «Хорографической чертёжной книги Сибири» от 1697 года и Палласом П.С. в «Физическом путешествии по разным провинциям Российской империи, бывшее в 1770» на стр. 58 ч. 2, кн. 2 «…Послъ сего дълаетъ ръка Тоболъ большую излучину, на которой обрывшийся крутой на нъсколько верстъ выше сея стороны берегъ, состоитъ изъ песку и глины и называется Алгинскимъ яромъ. На семъ берегу, сказываютъ, была прежде основана Курганская слобода. Гдъ оной кончится, выходитъ изъ Тобола большой рукавъ (Курганская Курья), на коемъ лежитъ раздъленная на двъ части Курганская деревня, и между объими частями сея деревни, близъ берега, находится такъ называемой Царевъ Курганъ. Симъ именемъ называется чрезвычайной величины людьми насыпанный курганъ…». Но, ещё более интересное для нас, Паллас пишет дальше: «… а въ шести верстахъ отъ онаго прибылъ я в слободу Цареву-Курганскую или Царево-Городище; которая, свое названiе отъ вышеупомянутого сперьва къ выстроенiю ея опредъленного мъста на Курганской курьъ должна производить», где он не двусмысленно даёт понять, что, не пора ли вернуть и окончательно закрепить за этой слободой первоначальное название «Курганская слобода» от «Курганской» курьи.
   Хотелось бы поддержать Палласа в его выше обозначенном утверждении о первоначальном названии города Кургана - Курганская слобода. Привожу для этого две выписки из ранее вышедшего независимого первоисточника - «Книга прикладная, денежная и скотская» Далматовского монастыря, где за [7]191 год (1683 год) на листе 62 записано: «Генваря в 3 день приложил в дом пресвятыя Богородицы Курганские Мехонския слободы крестьянин Иван Левонтьев сын по прозвищу Малых 2 рубля 4 деньги по жене своей Евдокее», и за [7]202 год (1694 год) на листе 174 об. записано: «Род Курганской слободы Архипа Евдокимова приложил по душе своей полтину, имя в сенадик Архипа занесено» (11).
   Откуда же возникло название «Царёво городище»? Значение др. тюрк. слова «цар» от большого загиба реки Тобол в этом месте, и как следствие, образование мелей и речных кос, я давал ранее (4,89).  Слово же «городище» в Зауралье стало применяться благодаря переписчикам с 20-х гг. XVII века как помета уточняющего урочища, служащего топографическим ориентиром при составлении дозорных и переписных книг, поскольку географический признак был основным маркером при межевании земель и учёте расположения поселений в ходе крестьянского заселения. Это нередкое в нашем крае географическое название вошло в обиход и по отношению к остаткам «Царёва кочевья», которое упомянул Миллер Г.Ф. на стр.94 в «Истории Сибири» за 1622 г. Первоначальную межевую роспись Курганской слободы (Царёво Городище) только предстоит ещё найти, но предполагаю, что в ней место для будущего поселения было обозначено основным и уточняющим ориентирами, а именно, «у курьи Курганской близ Тобола на Царёвом городище».
   Ономастика, являясь частью лингвистической науки, неразрывно связана с  местной историей и географией, и зачастую помогает разрешать застоялые исторические проблемы. Поневоле, прикоснувшись в этой статье к первоначальной истории города Кургана, хотелось бы в заключение озвучить несколько своих исследований связанных с темой этой статьи: 
   Если своему названию город Курган обязан «Курганской» курье, то своим  строительством на новом месте и процветанию он обязан другому водному объекту - рукаву реки Тобол с древнетюркским названием «Чигирим». Этот рукав хорошо виден в атласе «Оренбургская губерния с прилежащими к ней местами по «Ландкартам» Красильникова и «Топографии» П.И.Рычкова 1755 г.». Рукав пропускал до половины объёма воды реки Тобол, чем снижал ширину и глубину основного русла вдвое. Не трудно догадаться, что это достаточно редкое место на реке было важным элементом коммуникаций, в том числе и в виде набегов. Первоначальное месторасположение слободы Курганской (Царёво Городище) было приемлемо только для относительно мирного периода времени крестьянской колонизации,  период же с 1691 по 1693 годы показал неготовность системы тобольской «береговой» службы в противодействии набегам «воинских людей Казачьей Орды». Требовалась реорганизация расположения русских военных сил по тобольскому рубежу. Согласно плану этой реорганизации (Ишимская оборонительная линия) и началось в 1694 году строительство нового охранно-поселенческого комплекса - слободы Курганской (Царёво Городище) на шесть верст ниже по течению у переправы Чигирим. Перенесение крепостей с места на место на реках Сибири в те времена было явлением не редким, например, крепость Бакланская, первоначально построенная близ озера Баклан (переводиться с др. тюрк., как отглагольное наречие - [озеро] «связано» [с Тоболом], от глагола «бакла» - связывать), прежде чем стать Звериноголовской, так же была перенесена из-за подтопления на пять вёрст вверх по Тоболу, не меняя своего названия. Или взять ту же крепость Семипалатинскую, основанную у урочища-болота с калекой-переводом «Семь палат» и перенесённую через 58 лет после своего возведения на 10 вёрст выше по течению Иртыша с прежним названием.
   Дошедшее до нас название речного рукава Чигирим произошло от древнетюркского названия-характеристики Чим ги-ирим - «рукав  можно перейти, подняв подол халата» (аналогично древнему тюменскому поселению Чим ги-тура, на диалекте «цокающих» западносибирских татар - Цым ги-тура, а на самаркандско-бухарском говоре узбекского языка, характеризующимся «жеканьем» и «аканьем» в первых слогах - Жан ги-тура), где «ирим» - «рукав» [реки] (8,665). Изменение произношения названия Чим ги-ирим в сравнении с современным объясняется тем, что в потоке чужеродной речи  произошло видоизменение звуков до полной ассимиляции, т.е. до звучания Чиггиирим, поскольку, во-первых, при звучании, Г находится в более сильной позиции, чем М, и, во-вторых, произошло наложение морфов И. В результате образовалось новое слово - Чигирим.
   В настоящее время по речным рукавам Чигирим и Курганская курья проходит основное русло реки Тобол. Рукав Чигирим спрямили и расширили земснарядом, сделав основным руслом в середине XX века, как попытка навсегда избавиться от регулярных весенних паводков, затапливающих часть города Кургана. Курья Курганская была переведена в разряд основного русла намного раньше, чему поспособствовало строительство на правом берегу этой курьи при деревне Курганской водяной мельницы. 
В этой статье, на примере поселений Каргаполье, Шумиха и Курган, я попытался показать, как опасно, находясь за сотни и тысячи вёрст от муниципалитетов, создавать гласные гербы без предварительных этимологических изысканий, т.к. это может исказить и запутать часть их истории на долгие годы. По высказыванию филолога А.И.Ященко, ложная этимология может жить века, оставаясь чуть ли не единственной, пока не установлена настоящая.
   1. Дыбо А.В. Семантическая реконструкция в алтайской этимологии. Российская Академия Наук (институт языкознания). - М.: Наука, 1996.
   2. Сравнительно-историческая грамматика тюркских языков (Морфология)./ Отв. ред. Тенишев Э.Р. - М.: Наука, 1988.
   3. Свинкин А.А. Топонимы и гидронимы  Курганской области с тюркской основой на «кур-». // Зыряновские чтения: Материалы межрегиональной научно-практической конференции (Курган 11-12 декабря 2008 г.). - Курган: Из-во Курганского госуниверситета, 2008.
   4. Свинкин А.А. Значение названий Царёво Городище и Курган. // Емельяновские чтения: Материалы всероссийской научно-практической конференции (Курган 24-25 апреля 2009 г.). - Курган: Из-во Курганского госуниверситета, 2009.
   5. http://adm-shumiha.ru/index/0-4
   6. Севортян Э.В. Этимологический словарь тюркских языков. Общетюркские и межтюркские основы на Л, М, Н, П, С. - М.: Наука, 1974.
   7. Этимологический словарь тюркских языков. Общетюркские и межтюркские лексические основы на букву «К». Выпуск первый / Российская академия наук. Институт языкознания / Отв. ред. Благова Г.Ф. - М: 1997.
   8. Этимологический словарь тюркских языков. Общетюркские и межтюркские основы на гласные. Выпуск второй/ Отв. ред. Благова Г.Ф. - М.: "Индрик". 2000.
   9. Этимологический словарь тюркских языков. Общетюркские и межтюркские основы на буквы «Ж» и «Й»/Отв. ред. Левитская Л.С. - М.: Наука, 1989.
   10. Этимологический словарь тюркских языков. Общетюркские и межтюркские основы на буквы "В", "Г" и "Д". Выпуск второй/Отв. ред. Благова Г.Ф. - М.: "Индрик", 2000.
   11. ШФ ГАКО. Ф.224. Оп.1. № 2
   История Куртамышского района       Послевоенный Куртамыш      Статьи и отклики       Истории наших семей                                                                           История